Новости

Обращение Правления НССОО

 

 


Телеканал Санкт-Петербург Проект 2015 Свалок больше нет?

 


Заседание Оперативного штаба по мониторингу и оперативному реагированию на изменение конъюктуры продовольственных рынков в Санкт-Петербурге


В Волосовском районе появится завод по переработке шин

 

 


С 1 января 2017 года в России запретят захоранивать лом и ртуть

 


Подходы к отходам.В следующем году в коммунальных платежках россиян появится новая строка расходов - за мусор


Важно! Статья о пользе СРО

 

 

 


Правлением НССОО было одобрено Соглашение о сотрудничестве и взаимодействии, заключенное с Национальной ассоциацией спасательных и экологических организаций


ПРАВО РАССМАТРИВАТЬ ДЕЛА ОБ АДМИНИСТРАТИВНЫХ ПРАВОНАРУШЕНИЯХ ВЕРНУЛИ ГОСУДАРСТВЕННЫМ ИНСПЕКТОРАМ В ОБЛАСТИ ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ


ПОЗИЦИЯ ЦЕНТРАЛЬНОГО АППАРАТА РОСПРИРОДНАДЗОРА ПО ВОПРОСУ СУБЪЕКТОВ ПЛАТЫ ЗА НВОС


ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ЮЛ И ИП ПО ВОПРОСУ ПОСТАНОВКИ ИМИ НА ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УЧЕТ В ГОСУДАРСТВЕННЫЙ РЕЕСТР ОБЪЕКТОВ, ОКАЗЫВАЮЩИХ НВОС


ОПУБЛИКОВАНЫ ТРЕБОВАНИЯ К СОСТАВУ И СОДЕРЖАНИЮ СТП ОБРАЩЕНИЯ С ОТХОДАМИ, В ТОМ ЧИСЛЕ ТБО


ВНЕСЕНЫ ИЗМЕНЕНИЯ В ФЕДЕРАЛЬНЫЙ КЛАССИФИКАЦИОННЫЙ КАТАЛОГ ОТХОДОВ


ПИСЬМО ИЗ КОМИТЕТА ПО БЛАГОУСТРОЙСТВУ САНКТ-ПЕТЕРБУРГА ДИРЕКТОРУ СРО НП "СОЮЗ ЭКОЛОГОВ СЕВЕРО -ЗАПАДА" М.С. ВАСИЛЕНКО


ПУБЛИЧНОЕ ОБСУЖДЕНИЕ ТЕКСТА ПРОЕКТА ВЕДОМСТВЕННОГО ПРИКАЗА О ВНЕСЕНИИ ДОПОЛНЕНИЙ И ИЗМЕНЕНИЙ В ФЕДЕРАЛЬНЫЙ КЛАССИФИКАЦИОННЫЙ КАТАЛОГ ОТХОДОВ


В Правительстве Калининградской области состоялось совещание по вопросу размещения мощностей по переработке отходов.


В Калининградской областной Думе обсудили вопросы организации селективного сбора твёрдых коммунальных отходов.


Общественно-политическое ток-шоу с участием Василенко Михаила Сергеевича на телеканале Санкт-Петербург "Проект 2015"


ПУБЛИЧНОЕ ОБСУЖДЕНИЕ ТЕКСТА ПРОЕКТА ПРИКАЗА МИНПРИРОДЫ РОССИИ «О ТРЕБОВАНИЯХ ПРИ ОБРАЩЕНИИ С ГРУППАМИ ОДНОРОДНЫХ ОТХОДОВ I - V КЛАССОВ ОПАСНОСТИ»


ПУБЛИЧНОЕ ОБСУЖДЕНИЕ ТЕКСТА ПРОЕКТА ПРИКАЗА МИНПРИРОДЫ РОССИИ «ОБ УТВЕРЖДЕНИИ ПОРЯДКА ПАСПОРТИЗАЦИИ ОТХОДОВ I - IV КЛАССОВ ОПАСНОСТИ И ТИПОВЫЕ ФОРМЫ ПАСПОРТОВ ОТХОДОВ I - IV КЛАССОВ ОПАСНОСТИ»


Представители партпроекта «Экология России» приняли участие в заседании Федерального Экологического Совета при Министерстве природных ресурсов и экологии России.


Калининградские библиотеки присоединились к проекту по раздельному сбору отработанных батареек.


Публичное обсуждение проекта Приказа Минприроды России «Об утверждении Порядка подтверждения отнесения отходов I - V классов опасности к конкретному классу опасности»


Письмо Председателю НССОО Василенко М.С. от Комитета по Благоустройству Санкт-Петербурга


Подписаны Соглашения о стратегическом сотрудничестве и партнерстве между НССОО, СРО НП «СЭС-З» и ИЭЭ РАН


Публичное обсуждение порядка раскрытия информации в области обращения с ТКО


2017 год объявлен Годом экологии


Одобрена Концепция совершенствования механизмов саморегулирования


О порядке предоставления финансовой поддержки за счёт средств Фонда содействия реформированию ЖКХ на модернизацию систем коммунальной инфраструктуры


Учебным центром ЧОУ ДПО "УЭЦ" Русское товарищество" получена новая лицензия на осуществление образовательной деятельности: Профессиональное образование


Законопроект о переносе даты вступления в силу ФЗ № 458-ФЗ принят в третьем чтении


Опыт Калининградских экологов востребован на федеральном уровне.


Партпроект «Экология России» в Калининградской области поддержал творческий экологический проект «Ёлочка, живи!»


Минстроем России разработаны правила обращения с ТКО и формы типового договора на оказание услуг по обращению с ТКО


Разработан Перечень биоразлагаемых отходов, размещение которых предусматривает льготы

Нормативно-правовая база

28.03.2014 10:21

"Деловой Петербург". Михаил Василенко: "Дал слово офицера: не стану конкурентом"

Михаил Василенко, руководитель Национального союза СРО операторов по обращению с отходами, 10 лет назад ушел из компании "ЛЭК" и сети "Пятерочка", где был партнером Павла Андреева и Андрея Рогачева. Он рассказал "ДП", зачем в 2010 году пришел в одну из самых непрозрачных отраслей в экономике. 

Михаил Сергеевич, ваш послужной список такой пестрый, чем вы только не занимались! А с чего начинали?

— Я родился в Крыму, окончил Московское суворовское училище, после него — Черноморское военно–морское училище. Потом служба на Камчатке. Но довольно рано у меня случился инфаркт, и я был списан. После этого несколько лет пробовал себя в самых разных видах бизнеса, пока не занялся вместе с Павлом Андреевым и Андреем Рогачевым созданием компании "ЛЭК". Сначала, в 1990–х, это была не строительная компания, а агентство недвижимости "ЛЭК–estate". Потом Рогачев мне предложил поучаствовать в открытии новой сети гипермаркетов под названием "Пятерочка". Я был исполнительным директором компании "Агроторг", которая развивала этот проект. В мои обязанности входило обеспечение благоприятных условий для развития сети в новых регионах. То есть когда компании нужно было войти в регион, я сначала проводил там разведку, договаривался с людьми.

Почему вы ушли из "Пятерочки"?

— К 2004 году, когда компания уже состоялась и подумывала о выходе на IPO, я был морально истощен, очень много эмоциональных и интеллектуальных затрат требовала работа. К тому же когда компания становится богатой, то компаньоны начинают считать деньги друг друга.

Ну и наконец, я не планировал, что "Пятерочка" будет делом моей жизни, не бился за долю в капитале. Поэтому мой золотой парашют при выходе из совета директоров (в нем было всего пять человек, включая меня) составил лишь $2,2 тыс.

А как вы потом попали в чиновники? Зачем вам это понадобилось?

— Я всегда был командным игроком. А тут решил проверить: что я сам из себя представляю? И чем топ–менеджер частного предприятия отличается от "красного директора".

И чем же?

— Главное отличие — ответственность. "Красному директору" не переложить ее на бухгалтера или начальника отдела снабжения. Моей первой задачей в этой роли была санация ГУП "Гатчинапассажиравтотранс" (ГПАТ).

Знаете, что это было на тот момент за предприятие? На 2,5 га территории ни одного туалета. В советские годы строили это ГУП на 2 тыс. машин, а когда я туда пришел, там было 20 пазиков, которые за день перевозили 100 тыс. человек из Гатчины в Петербург. В трети автобусов были фанерные полы: сталь сгнила, народ падал между колесами. За долги описано все, включая машину гендиректора. Кроме ГПАТ на маршруте было четыре частных перевозчика с новыми машинами. Автобусы к остановке подлетали ястребами наперегонки. Вот такое предприятие мне удалось санировать, акционировать и приватизировать. Мы вывели его из банкротства, увеличили число машин до 200 и продали 50% + 1 акцию за 61 млн рублей.

После этого вы возглавили департамент в областном КУГИ. Почему ушли, проработав всего 2 года?

— Во–первых, той зарплаты, которую я там получал, мне было мало. Во–вторых, мы с Александром Юрьевичем (Александр Дрозденко — губернатор Ленобласти, в 2006 – 2012 годах председатель КУГИЛенобласти. — Ред.) провели настоящую революцию — тотальную инвентаризацию и паспортизацию областного имущества, чем вызвали гнев у многих коллег. Он был обращен на меня, а попадали его стрелы в Дрозденко. Я ему сказал, что не хочу быть белой вороной во власти и постоянным раздражителем, но он 8 раз рвал мое заявление об уходе. На 9–й раз подписал, и я уехал в Крым, где у меня есть дом. И вот купаюсь в Крыму в 2010 году — вдруг звонок из Министерства природных ресурсов, приглашают приехать. С этого звонка начался новый поворот в моей карьере, связанный с обращением с отходами.

Почему такой неожиданный поворот? Вы ведь раньше не имели никакого отношения к этой области.

— Мне стало интересно. Это был вообще очень интересный период: государство начало избавляться от несвойственных ему функций, отменяли лицензирование. Решили открыть первое в России СРО в сфере отходов — Союз экологов Северо–Запада. В него вошли все крупнейшие предприятия отрасли, выработали единые правила и стандарты, цели. Стали наводить порядок в этой сфере. Нам уже кое–что удалось. Но пока много проблем. Например, вы знаете, кто в Петербурге отвечает за обращение с отходами?

Комитет по природопользованию, разве нет?

— 13 разных ведомств! В итоге никакого мониторинга в отрасли нет, значит, нет и достоверных данных. Вообще на сегодняшний день мусорной отрасли в РФ нет! Предпосылок для ее смерти было много: пионеры перестали собирать макулатуру, металлолом, нет нормальной системы приема стеклотары и т. д. Что в итоге? До 50% отходов, которые могут быть пущены на вторичное использование, оказались в мусорном бачке. В советском госплане учитывалось, сколько сырья вернулось во вторичное использование. Сегодня мы полностью перечеркнули отрасль вторсырья. В Европе каждая стеклянная бутылка оборачивается до 11 раз! Вы покупаете Coca–Cola — там напитка в бутылке не видно, потому что она вся истерта. Сейчас у компании "Балтика", которая запустила проект вторичного использования бутылок, оборачиваемость доходит до 3 раз. Но другим предприятиям это финансово не потянуть. "Балтика" может произвести бутылку за 80 копеек, а принимает у населения за рубль. Остальное дотирует.

Возьмем вопрос захоронения: почти все отходы свозят на свалки. Огромная масса отходов просто вываливается в лес. Потому что непонятно, кто отвечает за отходы. Раньше была жесткая ответственность партийных руководителей за нарушения. Кроме того, все было государственное, а сейчас вся материально–техническая база у бизнеса. Власти должны это осознать и начать диалог с бизнесом.

Я член экономического совета при губернаторе Петербурга, член координационного совета Петербурга и Ленобласти в сфере социально–экономического развития, я директор СРО. Я аккумулирую мнения бизнеса, чтобы довести их до власти. Но ни один чиновник у меня не спросил о проблемах в мусорной отрасли и о том, чем нужно помочь.

Чем нужно помочь?

— Нужно участие государства в инвестпроектах. Для этого удобен формат государственно–частного партнерства. Бизнес готов к этому, государство — нет. Вот пример. Компании для размещения полигона предлагают сложный участок: лес первой категории, надел нужно перевести в категорию земель промышленности, провести экологическую экспертизу, подготовить инженерию. Затраты составят 2 – 3 млрд рублей. Но нет гарантий, что власти не поменяют намерения и не потребуют снова вырастить лес! В схеме ГЧП государство берет на себя некие гарантии, оно должно работать с населением, объяснять преимущества и недостатки тех или иных проектов.

Население всегда негативно реагирует на подобные проекты. Какие выгоды оно может от них получить?

— Все зависит от того, как объяснять. Если говорить, что надо же куда–то свозить мусор и ваш поселок — удачное место, то, конечно, это вызовет только протестные настроения. А можно показать видеофильм о мусороперерабатывающем заводе в Вене, прямо рядом с железнодорожным вокзалом. От работы этого завода нет запаха, выхлопов, он находится в городе, дает возможность трудоустроить население, часть прибыли направляет на дороги и благоустройство. Думаю, тогда протестующих будет меньше.

Людям надо разъяснять, что такое полигон. У нас полигон — это синоним свалки. В Ленобласти нет ни одного полигона, есть только места временного хранения отходов и несанкционированные свалки. Полигон — это не свалка, это высокотехнологичное предприятие. Там есть сортировка, обезвреживание и захоронение, первичная переработка. Вот в Эстонии недавно был реконструирован муниципальный полигон, где с применением газа, образующегося в ходе переработки отходов, будут отапливать жилье.

Вы сказали, что государство не готово к совместным проектам с бизнесом. Что это значит?

— Прежде всего, соответствующего закона нет. Но он скоро появится: его должны принять в мае. После этого произойдет настоящая революция в отрасли. Новая редакция федерального закона "Об отходах производства и потребления" предусматривает четкое распределение полномочий между всеми уровнями власти. Нынешняя система, когда у семи нянек дитя без глаза, будет ликвидирована. Во–вторых, вводится ответственность производителей за переработку отходов, все будут платить утилизационный сбор.

Как должна строиться система распоряжения этими деньгами?

— Вот собрали 100% утилизационного сбора. Давайте из них 30% отдадим какой–то госкорпорации, например Ростеху, на ликвидацию нанесенного природе ущерба от свалок. Еще 10% — на восстановление системы сбора вторсырья. Еще 20 – 30% — на региональные проекты реконструкции существующих муниципальных предприятий. Дотации позволят избежать резкого повышения тарифов на услуги этих предприятий. Остальные средства нужно отдать СРО — то есть профессионалам — для реализации инвестпроектов.

Есть и другая схема: не брать деньги из бюджета, а взять у утвержденного государством пула банков. СРО назовет перспективные проекты и будет обязана заменить реализующую проект компанию, если она не справится с работой. Получается тройной контроль: за проектом следит СРО, банк и конкуренты — члены СРО, которые в любой момент готовы взять проект в свои руки и ждут, когда исполнитель проштрафится.

Что делать в нашем регионе? Как, например, быть с полигонами? Почти все они выработали ресурс.

— Нельзя закрывать полигоны. Если мы это сделаем, тут же мусор будут сваливать в карьеры и просто в лес. Мы такое уже проходили с закрытым полигоном на Волхонке.

Проблема в том, что в регионе нет стратегии развития отрасли обращения с отходами. Это должна быть общая стратегия для Петербурга, Ленобласти и бизнеса. Она определит, где нужно рекультивировать полигон, где построить мусороперерабатывающий завод. Нужно подсчитать, сколько всего отходов разных видов образуется в регионе, какая часть вывозится в Ленобласть — легально и нелегально. Сейчас мы этого не знаем.

Вот тогда мы сможем реализовать инвестпроекты, определив оптимальные технологии для каждого случая в зависимости от конкретных условий. Ведь нет плохих и хороших технологий, все зависит от конкретной ситуации. Например, сжигание мусора, которое часто преподносится как оптимальный вариант утилизации, далеко не всегда таковым является. Вот эстонцы недавно построили в Таллине мусоросжигающий завод — и уже сегодня принято решение парламента закрыть этот завод. В него вложено 350 млн евро. Причина? Некорректно был просчитан ущерб окружающей среде и населению от данного предприятия.

В мире есть разные технологии рекультивации полигонов. Одна из них предусматривает закачивание в тело полигона через пробуренные скважины специальных веществ, которые "съедают" всю биомассу. Полигон просто оседает, и на поверхности остается только неорганика: покрышки, полиэтилен, силикон и т. д. А дальше грузи все это на машины и продавай на переработку.

У вас нет желания сменить направление деятельности? Что будет после отходов?

— Когда я начинаю новое дело, то всегда довожу его до логического конца. Обычно этот цикл занимает 6–7 лет. С отходами этот процесс в середине пути, до завершения еще далеко. Думаете, не хочется заняться бизнесом? Руки чешутся! Тем более что я все знаю про этот бизнес! Но я не могу бросить начатое дело, к тому же есть слово офицера: членам СРО я обещал, что не стану их конкурентом. И обещание я сдержу.

 

Яндекс.Метрика

Онлайн заявка

Ваше имя: *

Услуги:

Телефон:

Электронная почта: *

Сообщение: *